Постовое
Арсенiй Несмѣловъ

Суворовское знамя

Отступать! - и замолчали пушки,
Барабанщикъ-пулеметъ умолкъ.
За черту пылавшей деревушки
Отошелъ Фанагорiйскій полкъ.
Въ это утро перебило лучшихъ
Офицеровъ. Командиръ сраженъ.
И совсемъ молоденькій поручикъ
Нашъ, четвертый, принялъ батальонъ.
А при батальонѣ было знамя,
И молилъ поручикъ въ грозный часъ,
Чтобы Небо сжалилось надъ нами,
Чтобы Богъ святыню нашу спасъ.
Но уж слѣва дрогнули и справа,
Врагъ наваливался, какъ медвѣдь,
И защитѣ знамени - со славой
Оставалось только умерѣть.
И тогда,- клянусь, немало взоровъ
Тотъ навѣкъ запечатлѣло мигъ!
Самъ генералиссимусъ Суворовъ
У сѣдого знамени возникъ.
Былъ онъ худъ, былъ съ пудреной косицей,
Со звѣздою былъ его мундиръ.
Крикнулъ онъ: «За мной, фанагорійцы!
Съ Богомъ, батальонный командиръ!»
И обжегъ приказъ его, какъ лава,
Всѣ сердца: святая тѣнь зоветъ!
Мчались слѣва, подбѣгали справа,
Чтобъ, столкнувшись, ринуться впередъ!
Ярости удара штыкового
Врагъ не снесъ; мы ураганно шли,
Только командира молодого
Мертвымъ мы въ деревню принесли…
И у гроба - это вспомнитъ каждый
Лѣтописецъ жизни полковой, -
Самъ Суворовъ плакалъ: ночью дважды
Часовые видѣли его.